?

Log in

No account? Create an account
марка

eg_marka


"Египетская марка" - тотальный комментарий


Previous Entry Share Next Entry
№ 241
сфинксы
alik_manov wrote in eg_marka

            На побегушках у моего сознания два-три словечка «и вот», «уже», «вдруг»; они мотаются полуосвещенным севастопольским поездом из вагона в вагон, задерживаясь на буферных площадках, где наскакивают друг на друга и расползаются две гремящие сковороды.

 

            Ср. в черновиках к «ЕМ»: «На побегушках у моего ощущения — две-три ‹1 нрзб› частицы речи: “и вот“, “уже“, “вдруг“... Они перебегают в ночном поезде из вагона в вагон и задерживаются на буферных площадках, переступая с одной гремящей сковороды на другую» (2: 579). В предпоследней редакции этого предложения было: «...две гремящих сковороды, которым никак не сговориться» (2: 579). Также ср. фр. № 242. Заменяя в комментируемом фрагменте глагол «пробегают» на «мотаются», а «частицы речи» на «словечки», О. М., по-видимому, учитывал возникающий при этом языковой каламбур. «Mot» (фр.) — «слово». В своем позднейшем «Письме тов. Кочину» (1929) автор «ЕМ» употребил глагол «мотаются» перед тем, как сурово осудить тот тип фабулы, который был использован в его собственной повести 1927 г.: «Старая литература висит над нами, как тяжелый рок, как зловещий топор. Мы должны сделать так, чтобы прекратились книги, где крестьяне только галдят, только беспорядочно перекатываются со страницы на страницу, треплются, мотаются — все на одно лицо: ведь это барин не различал их, как муравьев. Характерно отметить, что почти все деревенские книги лишены завязки и развязки, лишены фабулы. Я думаю, что это происходит от литературного барства, которым мы все заражены. Ведь хорошая, интересная фабула — это признак уважения писателя к своему герою» (2: 530).

               Комментируемый фрагмент не является автометаописанием: в своей повести О. М. отнюдь не злоупотребляет «словечками» «и вот» (ни разу не встречается в «ЕМ»), «уже» (9 раз встречается в «ЕМ») и «вдруг» (2 раза встречается в «ЕМ»). Для сравнения: в «Двойнике» Достоевского словечко «и вот» употребляется 6 раз, «уже» — 110 раз, «вдруг» — 75 раз. По поводу «вдруг» ср. в «Петербурге» Белого: «От перекрестка до ресторанчика на Миллионной описали мы путь незнакомца; описали мы, далее, самое сидение в ресторанчике до пресловутого слова “вдруг”, которым все прервалось; вдруг с незнакомцем случилось там что-то; какое-то неприятное ощущение посетило его. <…> Читатель! “Вдруг” знакомы тебе. Почему же, как страус, ты прячешь голову в перья при приближении рокового и неотвратного “вдруг”? Заговори с тобою о “вдруг” посторонний, ты скажешь, наверное: — “Милостивый государь, извините меня: вы, должно быть, отъявленный декадент”. И меня, наверное, уличишь в декадентстве. Ты и сейчас предо мною, как страус; но тщетно ты прячешься — ты прекрасно меня понимаешь; понимаешь ты и неотвратимое “вдруг”. Слушай же… Твое “вдруг” крадется за твоею спиной, иногда же оно предшествует твоему появлению в комнате; в первом случае ты обеспокоен ужасно: в спине развивается неприятное ощущение, будто в спину твою, как в открытую дверь, повалилась ватага невидимых; ты обертываешься и просишь хозяйку: — “Сударыня, не позволите ли закрыть дверь; у меня особое нервное ощущение: я спиною терпеть не могу сидеть к открытым дверям”. Ты смеешься, она смеется. Иногда же при входе в гостиную тебя встретят всеобщим: — “А мы только что вас поминали…” И ты отвечаешь: — “Это, верно, сердце сердцу подало весть”. Все смеются. Ты тоже смеешься: будто не было тут “вдруг”. Иногда же чуждое “вдруг” поглядит на тебя из-за плеч собеседника, пожелав снюхаться с “вдруг” твоим собственным. Меж тобою и собеседником что-то такое пройдет, отчего ты вдруг запорхаешь глазами, собеседник же станет суше. Он чего-то потом тебе во всю жизнь не простит. Твое “вдруг” кормится твоею мозговою игрою; гнусности твоих мыслей, как пес, оно пожирает охотно; распухает оно, таешь ты, как свеча; если гнусны твои мысли и трепет овладевает тобою, то “вдруг”, обожравшись всеми видами гнусностей, как откормленный, но невидимый пес, всюду тебе начинает предшествовать, вызывая у постороннего наблюдателя впечатление, будто ты занавешен от взора черным, взору невидимым облаком: это есть косматое “вдруг”, верный твой домовой (знал я несчастного, которого черное облако чуть ли не видимо взору: он был литератором…)».

            Железнодорожные мотивы комментируемого фрагмента подготовлены предыдущим фрагментом, насыщенным «кочевыми» мотивами. Ср. в позднейшем «Путешествии в Армению» О. М., где «кочевые» и железнодорожные мотивы сцеплены: «Хозяева готовились ко сну. Плошка осветила высокую, как бы железнодорожную палатку» (речь идет о шатре) (3: 211).

               В севастопольском поезде О. М. часто ездил в Крым и из Крыма. Ср. в его очерке «Севастополь» (1923): «Скорые поезда выбрасывают на маленькую площадь из одноэтажного белого вокзала массу пассажиров» (2: 330). «Буферными площадками» О. М. называет ограниченное внутренними дверями пространство между вагонными тамбурами. Ср. метафорическое описание лязга сцепившихся вагонов у О. М. с описанием грозы «Бабочке-буре» (1923) Пастернака: «Напрасно в сковороды били, // И огорчалась кочерга. // Питается пальбой и пылью // Окуклившийся ураган».




  • 1

про словечки на побегушках

(Anonymous)
Словечки на побегушках у сознания сразу вызвали в памяти стихотворение Киплинга "I keep six honest serving-men" ("Есть у меня шестерка слуг..."):

Есть у меня шестерка слуг,

Проворных, удалых,

И все, что вижу я вокруг, -

Все знаю я от них.


Они по знаку моему

Являются в нужде.

Зовут их: Как и Почему,

Кто, Что, Когда и Где.


Я по морям и по лесам

Гоняю верных слуг.

Потом работаю я сам,

А им даю досуг.


Я по утрам, когда встаю,

Всегда берусь за труд,

А им свободу я даю -

Пускай едят и пьют.


Но у меня есть милый друг,

Особа юных лет.

Ей служат сотни тысяч слуг -

И всем покоя нет.


Она гоняет, как собак

В ненастье, дождь тьму

Пять тысяч Где, семь тысяч Как,

Сто тысяч Почему!

(перевод Маршака)

Я точно не знаю, когда Маршак перевел этот стишок, но в 1929 он уже назвал свою книгу "Сто тысяч почему".
А. Е.

Re: про словечки на побегушках

Забавно и похоже, да.

Корректно ли сравнивать частоту употребления слов в сорокастраничной «Ем» и в других «петербургских текстах» значительно большего объема ?
Что значат 67 «вдруг» 4 томов псс О.М. против тысяч «вдруг» 32 томов псс Достоевского?
Интереснее было бы разобраться, почему О.М. придает такое значение словечку "вдруг"?
Оно использовано в "Ем" 2 раза, вернее, ни одного:
ведь признание , что «вдруг» играет служебную роль в сознании автора, не в счет,а второе «вдруг» фрагмента № 239, кажется искусственно вставленным, возможно,
уже после написания комментируемого фрагмента №241.
Ответ на этот вопрос, как и в других случаях, в отброшенном ключе – черновике,
где раскрывается главная мысль повести:
«Страшно жить без закона; государственность — это второй воздух, а тут черт знает что — все двигалось и шло своим порядком, но не в воздухе, а в гремучем газе: вдруг запляшут проклятые молекулы, передерутся, [расцепятся] закрутятся и вспыхнут самосудом.»

Закавыченное «вдруг» имеется в «Анне Карениной» (во время урока сына Анны, Сережи): «Он чувствовал себя невиноватым за то, что не выучил урока; но как бы он ни старался, он решительно не мог этого сделать: покуда учитель толковал ему, он верил и как будто понимал, но как только он оставался один, он решительно не мог вспомнить и понять, что коротенькое и такое понятное слово «вдруг» есть обстоятельство образа действия». И далее, уже на уроке с отцом, когда Алексей Александрович «начал объяснять то, что Сережа уже много раз слышал и никогда не мог запомнить, потому что слишком ясно понимал – вроде того, что «вдруг» есть обстоятельство образа действия».

про подсчеты (слегка занудно)

(Anonymous)
По поводу корректности сравнений. Замечание ценное. Проверила по Национальному корпусу русского языка. Поиск велся по пользовательскому подкорпусу художественных текстов 1925-1928 годов (заданному мной). Общий объем подкорпуса 4871473 слова. "И ВОТ" встретилось в нем 1111 раз. 1111:4871473=0,00022806243
В ЕМ 7600 слов. Можно ожидать, что на таком ппространстве "И ВОТ" встретится 2 раза (округляю до целых). А оно встретилось один раз (в основном тексте ЕМ).
"ВДРУГ" в подкорпусе 4127 раз. Соответственно, в ЕМ ожидалось 6 раз. А встретилось дважды.

"УЖЕ" в подкорпусе встретилось 8358 раз. В ЕМ можно бы ждать 13. А там только 9.
Итак, слова "И ВОТ", "УЖЕ" и "ВДРУГ" действительно в ЕМ встречаются нечасто. Ежели я ничего не путаю.
Не сердитесь, вышло нудновато. Но зато НКРЯ хороший помощник. Не пренебрегайте им!
Анна Еськова.

Интересно! То есть в художественных текстах 1925-1928 годов эти слова встречаются намного чаще , вот откуда это «ощущение» и воздействие на «сознание» О.М.
Что же касается «Ем», то «словечки» эти все «перебегают» из одного
(вагона) предложения в другое, задерживаются на их стыке (буферная площадка) и
бегут дальше из окончательного текста.
«Перебегают» заменено на «мотаются» еще и потому, что О.М. не любит тавтологии, а «побегушки» - ему дороги, так как обозначают «служебный»
характер этих частиц речи. То есть выбор конкретно этих «двух-трех словечек» для примера - случаен и скрывает другие служебные слова, которых больше,
например, «ведь» - его он использует в «Ем» -5 раз. 

про частицы

(Anonymous)
Всё никак с этого отрывка не слезу. Важно не забыть, что "частицы речи" - грамматический термин (еще у Греча был). Еще одно свидетельство интереса О. М. к филологии.
А. Е.

  • 1